Неточные совпадения
Он советовал яйца сырые или чуть сваренные и сельтерскую воду с парным молоком известной
температуры.
Он справился о
температуре, о докторе, сказал несколько обычных в таких случаях — утешающих слов, присмотрелся к лицу Варвары и решил...
Он хорошо видел, что люди кажутся друг другу умнее, когда они говорят о «теории относительности», о
температуре внутри Солнца, о том, имеет ли Млечный Путь фигуру бесконечной спирали или дуги, и о том, сгорит Земля или замерзнет.
Самгину было интересно и приятно слушать брата, но шумело в голове, утомлял кашель, и снова поднималась
температура. Закрыв глаза, он сообщил...
Он сознавал, что в нем поднимается, как
температура, некое сильное чувство, ростки которого и раньше, но — слабо, ощущались им.
— Я начинаю с трех, по завету отца. Это — лучший из его заветов. Кажется, я — заболеваю.
Температура лезет вверх, какая-то дрожь внутри, а под кожей пузырьки вскакивают и лопаются. Это обязывает меня крепко выпить.
— Ошибочно думать, что энергия людей, соединенных в организации, в партии, — увеличивается в своей силе. Наоборот: возлагая свои желания, надежды, ответственность на вождей, люди тем самым понижают и
температуру и рост своей личной энергии. Идеальное воплощение энергии — Робинзон Крузо.
— Заболеваю, черт возьми!
Температура, башка трещит. Вдруг свалюсь, а?
— У вас, видимо, поднимается
температура.
«У меня
температура, — вероятно, около сорока», — соображал Самгин, глядя на фыркающий самовар; горячая медь отражала вместе с его лицом какие-то полосы, пятна, они снова превратились в людей, каждый из которых размножился на десятки и сотни подобных себе, образовалась густейшая масса одинаковых фигур, подскакивали головы, как зерна кофе на горячей сковороде, вспыхивали тысячами искр разноцветные глаза, создавался тихо ноющий шумок…
Приехала Любаша, измятая, простуженная, с покрасневшими глазами, с высокой
температурой. Кашляя, чихая, она рассказывала осипшим голосом о демонстрации у Казанского собора, о том, как полиция и казаки били демонстрантов и зрителей, рассказывала с восторгом.
«Он так любезен, точно хочет просить меня о чем-то», — подумал Самгин. В голове у него шумело, поднималась
температура. Сквозь этот шум он слышал...
Клим Иванович привык смотреть на него как на осведомителя, на измерителя тона событий, на аппарат, который отмечает
температуру текущей действительности, и видел, что Иван теряет эту способность, занятый судорожными попытками перепрыгнуть куда-то через препятствие, невидимое и непонятное для Самгина, и вообще был поглощен исключительно самим собою.
Осенью Клим Иванович простудился: поднялась
температура, болела голова, надоедал кашель, истязала тихонькая скука, и от скуки он спросил...
Самгин швырнул газету прочь, болели глаза, читать было трудно, одолевал кашель. Дмитрий явился поздно вечером, сообщил, что он переехал в ту же гостиницу, спросил о
температуре, пробормотал что-то успокоительное и убежал, сказав...
«Харламов, — думал Клим Иванович Самгин, и в памяти его звучали шутливые, иронические слова, которыми Харламов объяснял Елене намерения большевиков: “Все, что может гореть, — горит только тогда, когда нагрето до определенной
температуры и лишь при условии достаточного притока кислорода.
Лидию он встретил на другой день утром, она шла в купальню, а он, выкупавшись, возвращался на дачу. Девушка вдруг встала пред ним, точно опустилась из воздуха. Обменявшись несколькими фразами о жарком утре, о
температуре воды, она спросила...
Купались, да что толку:
температура воды от 20 до 22˚, ничего не прохлаждает.
Англичане и здесь пьют его с примесью brandy, то есть коньяку, для уравновешения будто бы внешней
температуры с внутренней.
Я и прежде слыхал об этом способе уравновешения
температур, но, признаюсь, всегда подозревал в этом лукавство: случалось мне видеть у нас, в России, что некоторые, стыдясь выпить откровенно рюмку водки, особенно вторую или третью, прикрываются локтем или рукавом: это, кажется, то же самое.
Я послушался однажды и для опыта попробовал уравновесить две
температуры и создал себе на целый день невыносимую пытку.
Вы с морозу, вам хочется выпить рюмку вина, бутылка и вино составляют одну ледяную глыбу: поставьте к огню — она лопнет, а в обыкновенной комнатной
температуре не растает и в час; захочется напиться чаю — это короче всего, хотя хлеб тоже обращается в камень, но он отходит скорее всего; но вынимать одно что-нибудь, то есть чай — сахар, нельзя: на морозе нет средства разбирать, что взять, надо тащить все: и вот опять возни на целый час — собирать все!
Когда предреволюционная
температура 1905 года стала быстро подниматься, это отразилось и в Кружке ярче, чем где-нибудь.
— Во благовремении и при такой низкой
температуре вино на пользу организму послужить должно, — гулко басил огромный протодьякон перед каждым лафитным стаканом водки, который он плескал в свой огромный рот.
На другой день я читал мою статью уже лежа в постели при высокой
температуре, от гриппа я в конце концов совершенно оглох на левое ухо, а потом и правое оказалось поврежденным.
С пяти часов утра до двенадцати ночи голый и босой человек, только в одном коротеньком фартучке от пупа до колена, работает беспрерывно всеми мускулами своего тела, при переменной
температуре от 14 до 60 градусов по Реомюру, да еще притом все время мокрый.
Ночью
температура сильно понизилась, но так как в дровах не было недостатка, то мы спали хорошо.
Задержанное дыхание позволило бы ему пробыть там и дольше, но низкая
температура воды заставляет его скоро всплывать наверх.
При сравнительно высокой летней
температуре и обилии поливки климат Уссурийского края мог бы быть весьма благоприятен для садоводства, но страшная сухость и сильные ветры зимою губительно влияют на фруктовые деревья и не позволяют им развиваться как следует.
Когда Туртыгин развел огонь, я принялся осматривать ручей.
Температура была +0,9°С. Я просунул руку в образовавшееся отверстие и вынул оттуда несколько камней, покрытых концентрическими слоями льда. Льда было так много, что камни казались в него вмерзшими. Местами лед достигал мощности 10 сантиметров.
После полудня небо стало понемногу расчищаться, но вместе с тем стала понижаться
температура. Сквозь густую завесу туч в виде неясного пятна чуть-чуть проглянуло солнце.
Научное снаряжение экспедиции состояло из следующих инструментов [Большая часть была дана из Военно-топографического отдела.]: буссоли Шмалькальдера, шагомера, секундомера, 2 барометров-анероидов, гипсотермометров, термометров для измерения
температуры воздуха и воды, анемометра, геологического молотка, горного компаса, рулетки, фотографического аппарата, тетрадей, карандашей и бумаги.
С каждым днем комаров и мошек становилось все меньше и меньше. Теперь они стали появляться только перед сумерками и на рассвете. Это, вероятно, объясняется сильными росами и понижением
температуры после захода солнца.
Пурга — это снежный ураган, во время которого
температура понижается до 15°. И ветер бывает так силен, что снимает с домов крыши и вырывает с корнями деревья. Идти во время пурги положительно нельзя: единственное спасение — оставаться на месте. Обыкновенно всякая снежная буря сопровождается человеческими жертвами.
«Он постоянно обрызгивается водою, — говорит старшая сестра: — видишь, из каждой колонны подымается выше полога маленький фонтан, разлетающийся дождем вокруг, поэтому жить здесь прохладно; ты видишь, они изменяют
температуру, как хотят».
Свечи потушены, лица у всех посинели, и черты колеблются с движением огня. А между тем в небольшой комнате
температура от горящего рома становится тропическая. Всем хочется пить, жженка не готова. Но Joseph, француз, присланный от «Яра», готов; он приготовляет какой-то антитезис жженки, напиток со льдом из разных вин, a la base de cognac; [на коньяке (фр.).] неподдельный сын «великого народа», он, наливая французское вино, объясняет нам, что оно потому так хорошо, что два раза проехало экватор.
В начале зимы его перевезли в Лефортовский гошпиталь; оказалось, что в больнице не было ни одной пустой секретной арестантской комнаты; за такой безделицей останавливаться не стоило: нашелся какой-то отгороженный угол без печи, — положили больного в эту южную веранду и поставили к нему часового. Какова была
температура зимой в каменном чулане, можно понять из того, что часовой ночью до того изнемог от стужи, что пошел в коридор погреться к печи, прося Сатина не говорить об этом дежурному.
Я мог писать, когда у меня было 39
температуры, когда у меня очень болела голова, когда в доме было очень неблагополучно, когда происходила бомбардировка, как в Москве в октябре 17 года и в Париже в 40 году и 44 году.
Я мог заниматься философией, думать, писать, читать при всех условиях, когда у меня было 39°
температуры, когда бомбы падали около нашего дома (осенью 17 года), когда случались несчастья.
Я счел необходимым адресоваться к инструментам: барометр показывал 759,
температура воздуха — 3°С, анемометр — полный штиль. Это интересное явление продолжалось до рассвета. Когда мгла исчезла, снова подул холодный северо-западный ветер.
Как и надо было ожидать, к рассвету мороз усилился до — 32°С. Чем дальше мы отходили от Сихотэ-Алиня, тем ниже падала
температура. Известно, что в прибрежных странах очень часто на вершинах гор бывает теплее, чем в долинах. Очевидно, с удалением от моря мы вступили в «озеро холодного воздуха», наполнявшего долину реки.
Потому ли, что земля переместилась в плоскости эклиптики по отношению к солнцу, или потому, что мы все более и более удалялись от моря (вероятно, имело место и то и другое), но только заметно день удлинялся и климат сделался ровнее. Сильные ветры остались позади. Барометр медленно поднимался, приближаясь к 760. Утром
температура стояла низкая (–30°С), днем немного повышалась, но к вечеру опять падала до — 25°С.
С рассветом опять ударил мороз; мокрая земля замерзла так, что хрустела под ногами. От реки поднимался пар. Значит,
температура воды была значительно выше
температуры воздуха. Перед выступлением мы проверили свои продовольственные запасы. Хлеба у нас осталось еще на двое суток. Это не особенно меня беспокоило. По моим соображениям, до моря было не особенно далеко, а там к скале Ван-Син-лаза продовольствие должен принести удэгеец Сале со стрелками.
С каждым днем становилось все холоднее и холоднее. Средняя суточная
температура понизилась до 6,3°С, и дни заметно сократились. На ночь для защиты от ветра нужно было забираться в самую чащу леса. Для того чтобы заготовить дрова, приходилось рано становиться на биваки. Поэтому за день удавалось пройти мало, и на маршрут, который летом можно было сделать в сутки, теперь приходилось тратить времени вдвое больше.
От выпавшего снега не осталось и следа, несмотря на то что
температура все время стояла довольно низкая. На земле нигде не видно было следов оттепели, а между тем снег куда-то исчез. Это происходит от чрезвычайной сухости зимних северо-западных ветров, которые поглощают всю влагу и делают климат Уссурийского края в это время года похожим на континентальный.
Ночью я проснулся. Вокруг луны было матовое пятно — верный признак, что утром будет мороз. Та к оно и случилось: перед рассветом
температура быстро понизилась и вода в лужах замерзла.
Утром был довольно сильный мороз (–10°С), но с восходом солнца
температура стала повышаться и к часу дня достигла +3°С. Осень на берегу моря именно тем и отличается, что днем настолько тепло, что смело можно идти в одних рубашках, к вечеру приходится надевать фуфайки, а ночью — завертываться в меховые одеяла. Поэтому я распорядился всю теплую одежду отправить морем на лодке, а с собой мы несли только запас продовольствия и оружие. Хей-ба-тоу с лодкой должен был прийти к устью реки Тахобе и там нас ожидать.
Время стояло позднее, осеннее, но было еще настолько тепло, что люди шли в одних фуфайках. По утрам бывали заморозки, но днем
температура опять поднималась до +4 и 5°С. Длинная и теплая осень является отличительной чертой Зауссурийского края.
Здесь река Арму имеет до 6 м ширины и около 45 см глубины. Вода в ней красноватого цвета и не имеет той низкой
температуры, которая свойственна быстрым горным речкам. Русло Арму завалено колодником, что при сравнительно тихом течении вполне понятно: дерево остается лежать там, где оно упало.
К вечеру небо покрылось тучами, излучение тепла от земли уменьшилось, и
температура воздуха повысилась с +2 до +10°С. Это был тоже неблагоприятный признак. На всякий случай мы прочно поставили палатки и натаскали побольше дров.